Прежде, чем я перейду к рассказу о первом полноценном дне своего пребывания в Токио и об экскурсиях этого дня, я хочу немного рассказать об очень интересной особенности японского быта – муляжах для еды. Вещь это уникальная, я, по крайней мере, не слыхала, что где-то еще такое есть. Для Японии – это не только представление об этике и эстетике в сфере обслуживания, не только часть ее культуры, но и доходный бизнес.
Мы, как, впрочем, и большинство посетителей ресторанов и кафе во всем мире, довольствуемся наличием меню, но в Японии это не срабатывает. Их мозг устроен так, что людям гораздо важнее увидеть как выглядит блюдо, и только тогда они будут его пробовать. И именно здесь «вступают в игру» муляжи еды ...
Мы, как, впрочем, и большинство посетителей ресторанов и кафе во всем мире, довольствуемся наличием меню, но в Японии это не срабатывает. Их мозг устроен так, что людям гораздо важнее увидеть как выглядит блюдо, и только тогда они будут его пробовать. И именно здесь «вступают в игру» муляжи еды ...
Подавляющее большинство традиционных японских кафе, столовок, ресторанов невозможно представить без этого атрибута. Об этом уникальном «наглядном пособии» я знала еще до приезда в Токио и мне казалось, что все это должно выглядеть немного странно, но когда я увидела витрины кафе, столовок и небольших ресторанчиков, я поняла насколько это резонно. Это невероятно удобно и для клиента и для самого же «производителя». Прежде всего, ты знаешь на какое меню и на какие цены ты можешь расчитывать. Кроме того, это значительно сокращает время, потраченное на «муки выбора». Особенно, это важно в быту Токио, где расстояния огромные, где ты, прямо-таки физически, ощущаешь, что время - это, действительно, деньги.
А сколько раз мне самой эти самые муляжи помогали в Токио! Когда народ в кафе или ресторане смотрел на тебя, как аборигены на консервную банку, не понимая что ты от них хочешь, то эти муляжи были спасением - я, просто, тыкала пальцем в витрину и все решалось, буквально, за минуту и становилось на свои места. К стати, вот эти гедза я заказала именно таким образом.
...Я влетела в это кафе, как тигр после неудачной охоты, напугав всех, кто там был, своим голодным взглядом. Хотя, потом, когда я осмотрелась, кроме меня, еще одного какого-то плюгавого мужичка неопределенного возраста и хозяев кафе,там не было не души. Такие кафе вы видели, наверное, в фильмах: не очень большое помещение, где вдоль стен или в центре расставлены крохотные (по крайней мере, с моей точки зрения) столики, а за невысокой перегородкой такая же небольшая кухня. В большинстве случаев такие кафе - это семейный бизнес.
Немолодая японка в белом халате нехотя оторвала свой взгляд от газеты и подошла ко мне с поклоном, спросив что-то. Скорее всего она меня спрашивала, что я хотела бы заказать, но услышав мой ответ на английском, что я не говорю по-японски, она повернулась к мужу или брату, прося помощи взглядом. «Муж» и не собирался покидать прилавок - не мужское это дело бегать за клиентами, да еще иностранцами непонятного происхождения. Он ей что-то буркнул и я поняла, что должна как-то действовать. Добавляя к английским словам жесты, я попыталась объяснить, что я ей покажу свой заказ на витрине. Как ни странно, эта «онна» все прекрасно поняла и пошла со мной на улицу, где я ткнула пальцем в муляж с гедза. Затем, она... взяла меня за руку и подвела к автомату стоящему в кафе возле двери. Там были кнопочки с ценами и изображениями из меню. Я ей дала необходимую сумму и она быстро выбила мне чек. Этот чек я передала самурайского вида дяденьке, довольно высокого, как для японца, роста. «Самурай» почему-то очень пристально на меня посмотрел и, практически, как герой Никулина, криво усмехнулся. Что-то сказал своему напарнику и указал мне на зал, мол, чего стоишь, садись! Я сняла куртку, присела за столик и вытянула книжку. Мне не столько хотелось читать, сколько мне не хотелось встречаться глазами с «самураем». Но через пару минут он подошел ко мне сам - разложил бамбуковую салфетку и положил рядом палочки. Я его поблагодарила и еще больше стала делать вид, что читаю. На самом деле я думала о том, есть ли у них вилки, а то я с палочками могу капитально опозориться.
Через пару минут вожделенные гедза были готовы и принесены тем же «Самураем», который стал возле стойки и начал за мной наблюдать. То ли от смущения, то ли от голода, мои руки меня не слушались и гедза разваливались у меня, не успев попасть по назначению. Тут самурай начал так громко смеяться, что даже «Плюгавый», который до этого не обращал на меня никакого внимания, поднял на меня свои глаза. «Напарник» перевалился через стойку и что-то ответил «Самураю». Тот без слов достал откуда-то вилку и принес к моему столу. Но я решила, что я не сдамся и ответила по-английски, что не все иностранцы умеют пользоваться палочками, что у меня в стране традиционно пользуются вилками, ложками и ножами. И тут он на ломаном, но довольно понятном английском меня спросил, а гедза мне понравились? Я сказала, что очень и хотела бы еще, потому что очень голодная. Он заржал, как конь и крикнул что-то «Напарнику». Вскоре мне была доставлена еще одна порция гедза.
...Когда я вышла из кафе, я ругала себя, что опять объелась на ночь глядя, но когда через пару часов я укладывалась спать от того чувства переедания не осталось и следа. В этом и весь кайф японской кухни, что ты можешь съесть много, но технология ее приготовления такая, что она легко и довольно быстро усваивается...
Немолодая японка в белом халате нехотя оторвала свой взгляд от газеты и подошла ко мне с поклоном, спросив что-то. Скорее всего она меня спрашивала, что я хотела бы заказать, но услышав мой ответ на английском, что я не говорю по-японски, она повернулась к мужу или брату, прося помощи взглядом. «Муж» и не собирался покидать прилавок - не мужское это дело бегать за клиентами, да еще иностранцами непонятного происхождения. Он ей что-то буркнул и я поняла, что должна как-то действовать. Добавляя к английским словам жесты, я попыталась объяснить, что я ей покажу свой заказ на витрине. Как ни странно, эта «онна» все прекрасно поняла и пошла со мной на улицу, где я ткнула пальцем в муляж с гедза. Затем, она... взяла меня за руку и подвела к автомату стоящему в кафе возле двери. Там были кнопочки с ценами и изображениями из меню. Я ей дала необходимую сумму и она быстро выбила мне чек. Этот чек я передала самурайского вида дяденьке, довольно высокого, как для японца, роста. «Самурай» почему-то очень пристально на меня посмотрел и, практически, как герой Никулина, криво усмехнулся. Что-то сказал своему напарнику и указал мне на зал, мол, чего стоишь, садись! Я сняла куртку, присела за столик и вытянула книжку. Мне не столько хотелось читать, сколько мне не хотелось встречаться глазами с «самураем». Но через пару минут он подошел ко мне сам - разложил бамбуковую салфетку и положил рядом палочки. Я его поблагодарила и еще больше стала делать вид, что читаю. На самом деле я думала о том, есть ли у них вилки, а то я с палочками могу капитально опозориться.
Через пару минут вожделенные гедза были готовы и принесены тем же «Самураем», который стал возле стойки и начал за мной наблюдать. То ли от смущения, то ли от голода, мои руки меня не слушались и гедза разваливались у меня, не успев попасть по назначению. Тут самурай начал так громко смеяться, что даже «Плюгавый», который до этого не обращал на меня никакого внимания, поднял на меня свои глаза. «Напарник» перевалился через стойку и что-то ответил «Самураю». Тот без слов достал откуда-то вилку и принес к моему столу. Но я решила, что я не сдамся и ответила по-английски, что не все иностранцы умеют пользоваться палочками, что у меня в стране традиционно пользуются вилками, ложками и ножами. И тут он на ломаном, но довольно понятном английском меня спросил, а гедза мне понравились? Я сказала, что очень и хотела бы еще, потому что очень голодная. Он заржал, как конь и крикнул что-то «Напарнику». Вскоре мне была доставлена еще одна порция гедза.
...Когда я вышла из кафе, я ругала себя, что опять объелась на ночь глядя, но когда через пару часов я укладывалась спать от того чувства переедания не осталось и следа. В этом и весь кайф японской кухни, что ты можешь съесть много, но технология ее приготовления такая, что она легко и довольно быстро усваивается...
А эта одна из боковых улочек в двух минутах ходьбы от гостиницы. Вечером центральные улицы Токио, по крайней мере в Синдзюку, становятся полу-пустынными, а вся вечерне-ночная жизнь города перетекает вот в такие улочки и переулки. Я каждый вечер бывала тут в двух кафе - не дошла до половины переулка. Практически возле каждого кафе стоят зазывалы и приглашают зайти. Некоторые заведения, что побогаче, те выставляют музыкантов в качестве завлекалочки.
Кафе, где я пару раз ела невероятно вкусный удон.
А в этом кафе мне нравилось рассматривать витрины (фото вверху и внизу)
Я в нем так и не побывала, все думала, что есть время...
Муляжи здесь очень красивые.
******************************************************
Историческая справка
В Японии первые такие муляжи появились еще в 1917 году, но постоянно их стали использовать примерно с 1926 года, когда один из владельцев ресторана решил выставлять их в стеклянных футлярах, чтобы привлечь к своему заведению побольше клиентов. Его идея имела успех, потому что люди стекались в его ресторане в надежде получить порцию вкусных блюд именно в том виде, в каком они были изображены на витрине. Вскоре другие рестораны стали следовать его примеру, а пищевые муляжи, сами по себе, стали прибыльным бизнесом. Теперь современную Японию невозможно представить без таких «силиконовых» витрин.
В 1932 году Ивасаки Рюзо создал компанию, которая производила и продавала поддельные блюда в рестораны. И доныне его компания является крупнейшим в Японии производителем пищевых муляжей. Бизнес этот очень прибыльный, потому ежегодно приносит компании прибыль в миллиарды иен.
В прошлом, муляжи производились из воска. Его расплавляли и заливали в формы с кантен (желе из водорослей). Современные производители используют силиконовые формы, в которые заливают жидкий пластик, который подогревают до тех пор, пока он не затвердеет. Все остальное - масляные краски, кисти, распылители краски, ножи и инструменты для вырезания - арсенал художника, работающего над муляжом. Говорят, что все они пытаются сохранять свои методы работы в секрете.
В 1932 году Ивасаки Рюзо создал компанию, которая производила и продавала поддельные блюда в рестораны. И доныне его компания является крупнейшим в Японии производителем пищевых муляжей. Бизнес этот очень прибыльный, потому ежегодно приносит компании прибыль в миллиарды иен.
В прошлом, муляжи производились из воска. Его расплавляли и заливали в формы с кантен (желе из водорослей). Современные производители используют силиконовые формы, в которые заливают жидкий пластик, который подогревают до тех пор, пока он не затвердеет. Все остальное - масляные краски, кисти, распылители краски, ножи и инструменты для вырезания - арсенал художника, работающего над муляжом. Говорят, что все они пытаются сохранять свои методы работы в секрете.
********************************************************
Это муляжи печенья в форме опавших листьев гинкго и шоколадного кекса, изображающего волну. Во время прогулки на теплоходе по Токийскому заливу я купила и себе по паре коробочек этого чуда.
*Конец пятой части*
*Продолжение следует*
© Tetania, Kyiv, Ukraine
Немає коментарів:
Дописати коментар