Улитка на плече у Фудзи-cан, ч. 12

Я, почему-то, очень долго не могла взяться за этот рассказ... Возможно, потому что о Великой Фудзияме уже столько написано и так много рассказано, что задаешь себе вопрос: "а что, собственно говоря, нового можешь добавить ты в эту огромную летопись?" ...

 ...

Тучи набухли дождем.
Только над гребнем предгорья
Фудзи белеет в снегу...

Эти строки великого Басе абсолютно четко передают настроение и погоду того дня, когда мы поехали на встречу с Фудзи-сан. Правда, утром в Токио  проглядывало солнышко, но это было не то солнце и не то тепло, что накануне, когда я была на рынке.

Когда нас, в очередной раз, привезли в терминал, где туристов распределяли по экскурсиям, то я заметила знакомые лица с предыдущих поездок: шумную супружескую пару из Аргентины с двумя сыновьями-оболтусами раннего подросткового возраста, мужичка из Гонконга, который приехал в Токио на какой-то тренинг и в свободные дни ездил на экскурсии, а также папашку-америкоса с двумя очень некрасивыми дочками лет 14-15.

В этот раз у нас гидом была женщина в приличных годах, но такая живая и говорливая, что иногда мне хотелось заткнуть чем-то уши, чтобы хоть ненадолго от нее отдохнуть.  Гид сразу нас предупредила, что в дороге мы будем находится на протяжении двух-двух с половиной часов, и что, скорее всего, наш план экскурсии

 

претерпит изменения, так как прогноз погоды не очень благоприятен. Но водитель автобуса будет держать постоянно связь с тур-центром возле самой Фудзи  и периодически будет нам сообщать о метеосводке.

  

Я ехала и не знала примет ли меня госпожа Фудзияма. Говорят, что в это время года она часто бывает недовольна, что ее беспокоят непрошеные посетители. Потому она закрывается веером из облаков. А еще бытует мнение, что она робкая и не всех к себе подпускает. И действительно, чем дальше мы удалялись от Токио, тем погода становилась все хуже и хуже и все больше все вокруг напоминало хмурое зимнее утро, когда небо плотно затянуто  серыми непроглядными тучами. 


За окном автобуса простирались лесистые предгорья с ухоженными полями и все это было окутано дымкой. Я не знаю когда работают японские фермеры, но за время нашего

 

пути я, практически, их не видела, хотя все поля были где  возделаны, где аккуратно прибраны. Не увидела ни одного "гуляй-поля". Из окна автобуса я могла наблюдать только стоящую у гаражей технику и легковые машины. Вот по ним можно было определить степень достатка той или иной семьи.

 

Где-то через час с небольшим от начала нашего путешествия, стала понемногу "вырисовываться" Фудзи. Сначала, каким-то немного неясным, таким размытым очертанием, а затем все яснее и яснее. И тут случилось, почти невероятное! По мере нашего приближения к месту назначения, тучи стали как-то расползаться и даже начало проглядывать солнце!

Вид Фудзиямы меня заворожил с первых же секунд ее появления! Сказать, что я была потрясена этим зрелищем - не сказать ничего! Казалось, что это не автобус движется к ней навстречу,

а сама гора наступает на тебя, чтобы присмотреться внимательнее, что там еще за гайдзыны едут глазеть на нее и нарушать ее спокойствие.

Может, я, конечно, как человек эмоциональный и впечатлительный, склонна к преувеличениям, но глядя на эту суровую и магическую красоту, стала понимать,  почему в Японии эта гора священна и почему так много о ней легенд и рассказов. И, поверьте мне, как очевидцу, ни одна, даже очень качественная и красивая фото- или видео съемка

 

не в состоянии передать эту грандиозную энергию силы и величия. Что-то похожее  я ощущала только на Тянь-Шане, но, все равно, там были другие энергии и другие ощущения.

… Все это время наша гидесса трещала без умолку, сыпала общеизвестными фактами о том, что высота горы — 3776 м, что – это вулкан, его кратер в диаметре насчитывает 500м и вглубь он достигает 200м. Но, несмотря на то, что вулкан уже слабо проявляет свою активность,  после землетрясения и цунами 2011 года правительство Японии внесло его в список потенциально опасных. А последний раз извержение было зарегистрировано в 1707 году, тогда Эдо (прежнее название Токио) был весь засыпан 15-сантиметровым слоем пепла. В хорошую погоду Фудзи видна со значительной территории центральной части острова Хонсю, но наиболее красивыми считаются виды со стороны океана (тут мне вспомнились знаменитые гравюры Хокусая; утверждают, что в каждом приличном японском доме обязательно висит репродукция из этого цикла) …

В ее рассказ периодически вклинивался водитель,  который, действительно, держал связь с метеоцентром и передавал нам сообщения, по лаконичности чем-то напоминающие военные сводки. Где-то на полпути мы уже знали, что в обещанные пещеры мы подняться не сможем, потому что на подъеме очень плохая видимость и пятая площадка - максимальный уровень, на который мы сможем подняться.

Дело в том, что на вершину горы проложена петляющая тропа с десятью площадками — станциями для отдыха. Говорят, что паломники приобретают у подножья горы бамбуковые посохи с бубенчиками, которые якобы служат подмогой во время сложного и долгого подъема. На каждой станции путнику выжигают на посохе специальное клеймо в знак того, что он достиг очередного этапа. Но так, как мы путешествовали не как синтоистские паломники, а как ленивые гайдзыны, для которых посещение Фудзи-сан – это еще одна экзотическая забава, наш подъем совершался в автобусе по проложенной автомобильной дороге.

Первую остановку мы сделали у самого подножья горы. Скажу честно, уже здесь меня что-то стала покидать романтика, а ее стали вытеснять какие-то неприятные и довольно

тревожные ощущения. Везде разбросаны камни - застывшие куски магмы, этот какой-то калечный лес, с низкорослой растительностью. Я не могла отделаться от ощущения, что

за мной кто-то постоянно наблюдает. Такое впечатление, что синтоистские боги не поверили в мои благие намерения и, действительно, решили проследить, зачем я приехала и что мне здесь надо.

У подножья Фудзи выглядела совсем иначе, чем с дороги. Куда-то рассеялась та дымка, что так живописно опоясывала гору... Все краски поблекли, все стало каким-то серым,  невзрачным. Осматривая площадку, где была сделана остановка, мимоходом вспомнила, как перед поездкой читала впечатления о подъеме на гору одного русского парня, живущего в Японии, который высказался так, что он не понимает, что романтичного находят в этой Фудзи - огромная куча камней и мусора от туристов...

 

Мусора я, кстати, не увидела нигде, даже, в туалете, хотя за день народу через это место, как понимаете, проходит огромное количество. Эту фотку я сделала в кабинке "западного стиля", мне показалось, что эта картинка специально сделана для туристов из бывшего "совка", хотя, кто знает, некоторые "культурные традиции" иногда бывают схожи. Кстати, везде в туалетах есть кабинки "западного стиля" и "традиционного стиля". С одной стороны на дверях таблички "Western style", с другой "Japanese style".

...Чем выше мы поднимались, тем морознее становился воздух и понижении температуры уже  ощущалось в салоне автобуса. В то же время серость и блеклость стали исчезать из палитры пейзажа и опять стало прорываться солнце сквозь тучи. Водитель включил систему обогрева, наша гидесса, как заводная о чем-то "строчила" без остановки. Я опять отключила свое внимание (как ни странно, но мне это получилось и очень успешно, хотя сделать это дома мне, практически, не удается), когда она заговорила о каком-то случае, что произошел с туристом, то ли он засмотрелся на гору, то ли он так увлеченно фотографировал ее, что свалился  с дороги ... Я еще помню, что меня этот рассказ удивил, потому что свалиться там, практически, невозможно. Дорога везде и уже много лет обнесена вот таким железным заграждением, которое я сфотографировала...

Поднимались мы довольно медленно, по специально проложенной трассе. ...Ползи улитка по склону Фудзи!... На каждом уровне перед въездом на следующий отрезок трассы стоят посты, оснащенный связью и системами наблюдения, на случай того, что если разыграется непогода или ожидается снежный буран, то автобус останавливают и возвращают назад.

Еще дома, когда я читала жж-шные блоги, отчеты о поездках, я нашла инфу о том, что из-за того, что на Фудзи разрешили въезд транспорту, резко ухудшилась экология этого места, а туристы оставляют столько мусора и хлама, что порой правительству приходится посылать войска на уборку территорий (чисто там, где убирают!). Тем временем, мы миновали очередной такой пост, и водитель подтвердил, что, к сожалению, мы сможем подняться только до пятого уровня, что метеорологи не рекомендуют сегодня совершать никаких подъемов.

Конечно же, все были раздосадованы, а у меня, почему-то, как камень с души спал. И я мысленно поблагодарила всех богов, и "ихних", и "наших", и остаток подъема я "медитировала", разглядывая как меняется вид местности внизу в зависимости от набора высоты.

Наконец, мы добрались до того самого пятого уровня, откуда уже никакой транспорт не идет, а подъем дальше можно совершить только на специальном лифте или, опять же, по паломнической тропе, которая "протоптана" немного в стороне от туристического маршрута.

На этой остановке меня немного разочаровало здание, построенное явно в угоду западным туристам. Лично мне было бы приятней увидеть что-то традиционно японское. Хотя перед входом в правое крыло стояли красные синтоистские тории, но смотрелись они как-то странно на фоне этого строения а-ля "альпийская ферма".

На "ферме" размещены пару ресторанов, столовки для туристов с более скромными средствами, куча маленьких магазинчиков с сувенирами, где продается все, начиная от магнитов с видом Фудзи, заканчивая кимоно. Даже была небольшая "выставка" из вулканических "выбросов".

Я выбрала чайную лавку, где купила несколько сортов чая. Как утверждал продавец, кстати, говоривший со мной, хоть и с жутким акцентом, но на очень приличном английском, что все чаи собраны с плантаций на склонах горы и что они обладают целебными, а порой и магическими свойствами. Как говорила одна из моих знакомых: "Ты такая убедительная! Тебя так легко убедить!"

И я, конечно же, безоговорочно купила те чаи, что  он мне присоветовал. Потом, сидя в автобусе, мне стало смешно от того, что я представила как я, мягко говоря, нелепо выглядела в глазах этого японца. И тут же вспомнила песенку из детства: "На дурака не нужен нож, ему немножечко наврешь - и делай с ним что хош!"...

Между прочим, надо отдать должное этому мужичку  - чаи оказались отменные! Никогда ничего подобного не пила, и даже тот сорт "генмай-ча", который продается в нашем навороченном "Фуршете" на Бессарабке, хоть и разрекламирован, как настоящий японский чай и продается в похожих пакетиках, но по запаху и по вкусу отличается, как простое хозяйственное мыло от французских духов.

Кстати, на днях допила последняя порцию этого самого чая с рисом. На прощание, даже, сфотографировала, "чтобы было что вспомнить".

... Мы начали спуск вниз. Он уже мне казался таким медленным, хотя мы ехали все с той же скоростью.

За годы путешествий, у меня появилась привычка благодарить те места, где я побывала. И не имеет значения, побывала ли я в Житомире, или в Вене с Венецией, Питере или в Токио, я всегда мысленно благодарю это место  за то, что мне было разрешено его посетить...

Мы свернули немного от главной трассы "вглубь". Нам предстоял обед, и я опять выбилась из общего фона - из 35 человек только я одна пожелала отобедать в ресторане с восточной кухней.

Вскоре мы приехали в небольшой придорожный полу-мотель, полу-торговый центр. Здесь нам предстоял обед. Заведение - ничем непримечательное строение вблизи шумной трассы Токио-Киото. Таких, наверное, масса по пути следования. Оказалось, что ресторан - китайский, его держит семья "натурализованных" китайцев. Меня посадили за стол прямо перед огромным окном-витриной, из которого можно было наблюдать гору. Кроме меня в зале обедала группа

мужчин, явно едущих по делам то ли в Токио, то ли в Киото. Они что-то неспешно обсуждали, один их них, даже, что-то записывал...

А справа от меня сидела пара "с претензией", ну, просто, как будто их перенесли, с  какого-нибудь нашего киевского генделыка на Подоле! Она - довольно, как для японки, крупная женщина с глазами, подведенными а-ля "Нефертити", на голове "наверчен" какой-то невообразимый трехэтажный начес! Но когда я увидела на ней пластмассовый, хоть и красивый, браслет, я чуть не разоржалась! До сих пор не знаю, как мне это удалось. Господи, до чего же мы все, все-таки похожи, несмотря на различие в расе, национальности и культуре! Супружник ее выглядел, как такой быковатый полу-якудза с золотым цепняком на шее и не менее внушительным браслетом на руке, только не хватало золотой тяжеловесной "шайбы" на пол-фаланги, а так - собирательный образ всех героев Такеши Китано! Благоверная все время ему что-то ему шипела на ухо, но, как я поняла, он особо не обращал этого внимания, и с выражением на лице "все бабы - дуры" продолжал уплетать обед.

Он ел так аппетитно, что я ели дождалась когда мне подадут мой заказ. Наконец-то  получив его, я сама, как тот мужик стала сосредоточенно уплетать все, что мне принесли.

 

Как всегда, я завершила трапезу одной из первых и пришла на остановку, где стоял наш автобус. Я поела - день снова ясен! Можно следовать дальше!

Мы направлялись в сторону Хаконе!

А в завершение этого рассказа хочу предложить прочитать легенду о Фудзи (у кого взяла - сорри, не помню!). Легенда мне очень понравилась!

Легенда горы Фудзи

Однажды, давным-давно, жила Конохана Сакуя-химэ, и была она богиней горы Фудзи. Она с детства жила одна, вдали от всех.
Словно райский цветок, выросла Конохана и превратилась в девушку неземной красоты, прекрасную и нежную, как цветок лотоса.
Однажды Конохану, гуляющую по берегу озера, увидел внук богини солнца Аматэрасу по имени Нинигино. Юноша с первого взгляда влюбился в прекрасную девушку-богиню. Этого первого взгляда было достаточно, чтобы Сакуя-химэ понесла. Она рассказала об этой радости своему любимому. Не поверив в чудодейственную силу собственного взгляда, Нинигино обвинил свою возлюбленную в неверности.
Конохану возмутило подозрение, ведь они с Нинигино любили друг друга, и она думала, что юноша доверяет ей. Возмущенная богиня заперлась в деревянном доме, отказываясь покидать его, несмотря на уговоры встревоженного Нинигино.
Когда подошло время разрешиться от бремени, Сакуя-химэ подожгла свое жилище. Ни она сама, ни родившиеся один за другим трое сыновей ничуть не пострадали от огня.
Нинигино понял, как неправ был, раскаялся. Они с Коноханой поженились и жили долго и счастливо до конца своих дней.
А богиня горы Фудзи, доказавшая свою невиновность, с тех пор почитается японцами как символ чистоты, супружеской верности. Кстати, этой богине посвящен один из самых зрелищных праздников Японии - "Химацури", или "огненный праздник".

*Конец двенадцатой части*

*Продолжение следует*

© Tetania, Kyiv, Ukraine